Добыча полезных ископаемых в Уральском федеральном округе упала на 20%. Между прочим, на этот округ приходится почти половина всего российского объема добычи.
Ранее эксперты говорили, что добыча — одна из немногих отраслей, поддерживающих экономику России на плаву. Но теперь и в этой отрасли всё невесело.
В первую очередь приведенные цифры говорят о положении дел в сфере добычи в Ханты-Мансийском и Ямало-Ненецком автономных округах.
Корреспондент «Свободной Прессы» поговорил о причинах с экономистом, руководителем «Центра анализа и прогнозирования» Сергеем Гордеевым.
«СП»: Сергей Сергеевич, как по-вашему, что происходит?
— Навскидку здесь ситуация довольно простая. Нужно понять, какая доля углеводородов сократилось в абсолютном объёме. Хотя, думаю, открытой статистики нет.
«СП»: Данные официальной статистики показывают, что подавляющая часть объема добычи сосредоточена в двух северных регионах УрФО.
— Да. А по Челябинской области, например, ситуация может быть иная. Поскольку здесь большая доля в добыче медной составляющей, которая до последнего времени была относительно стабильной.
В регионе обрабатывающей промышленности достаточно много. Динамика отраслей добычи по Челябинской области публикуется в рамках мониторинга. Но с определенным отставанием по срокам. Данных за март и апрель может быть недостаточно для того, чтобы делать четкие выводы.
«СП»: И все-таки 20% падения объемов говорят сами за себя. Разве нет?
— Встает вопрос платежеспособного спроса. Налицо признаки структурных изменений в экономике. Причем, достаточно резких изменений. Производств с падающей динамикой становится в России больше, чем с растущей. В значительной степени это касается и сферы оборонных производств.
«СП»: Российские нефть и газ находятся под западными санкциями.
— По нефтянке все проблемы из-за известных событий в Персидском заливе, которые создали изрядную турбулентность в этой сфере, выпадающую за границу прогноза.
«СП»: Но вроде бы кризис движется к окончанию. США и Иран договорились об основных принципах урегулирования конфликта.
— Окончание кризиса в Персидском заливе не означает окончания турбулентности в мировой экономике. В целом на мировом рынке высокого платежеспособного спроса ждать сейчас не стоит.
«СП»: Экономика Челябинской и Свердловской областей не сильно вроде бы зависят от нефтегазовой отрасли. А это крупнейшие регионы УрФО.
— Именно. Поэтому вдвойне интересно, что будет с уральской цветной металлургией, которая пока не имеет санкционных ограничений на внешнем рынке.
«СП»: Уральская экономика стабильна? Или, судя по падению добычи на 20%, все же входит в крутое пике?
— Каких-то принципиальных изменений в целом по экономике Урала не видно. Негативная динамика по многим направлениям была и раньше. Просто до последнего момента негатив компенсировался ростом некоторых других составляющих. Сейчас же этого роста либо не стало, либо он сильно замедлился.
«СП»: Кто на Урале просел сильнее остальных?
— Динамика сильно различается по конкретным видам производства. На продукцию некоторых предприятий на мировом рынке платежеспособный спрос уже сильно упал. Скажем, в динамике показателей добывающей отрасли та же Свердловская область и раньше не преуспевала.
В январе был заметный провал. Но до последнего времени подобное замедление компенсировалось хороший динамикой горнодобывающих производств Челябинской области, где преобладает составляющая медного кластера. Однако сейчас положительная динамика и там заканчивается
«СП»: Урал по добыче силен больше северными территориями. Получается, основное падение именно там, в ХМАО и ЯНАО?
— Урал — весьма специфический регион. Субъектов Федерации здесь немного.
Есть два крупных региона — Свердловская и Челябинская области. Есть очень специфическая Тюменская область с двумя автономными округами. И есть маленькая Курганская область.
Но ее показатели на показатели большой тройки почти не влияют.
«СП»: Так все-таки пора уже бить Уралу тревогу или еще нет?
— Думаю, текущее снижение показателей в сфере добычи — это всё-таки лишь среднее арифметическое. Принципиальный вопрос здесь будет по дальнейшей динамике.
«СП»: А дальнейшая динамика зависит от каких факторов?
— Есть фактор влияния мирового рынка. Есть реализация на внутреннем рынке. Второй фактор обеспечивает, образно говоря, средства регионам на хлеб. Первый — на масло.
В то же время очевидно, что обеспечить масло при реализации продукции отрасли добычи в условиях существующего курса рубля практически невозможно. Когда вместо прежней сверхприбыли торговля приносит убыток, свёртывание производства неизбежно.
«СП»: И все-таки есть медная отрасль Урала. Она достаточно крепкая.
— Да, медная специфика добывающей отрасли Челябинской области до поры до времени была фактором стабилизации общей динамики экономики на Урале. Однако предел возможностей стабилизации, видимо, достигнут.
«СП»: Спрашивается, чего ждать в таком случае в ближайшем будущем?
— В текущей ситуации правильнее говорить не о каком-то тренде, а о движении экономики с колебаниями в достаточно широком коридоре. Надо различать направления движения и колебания внутри коридора. Особенно если это переход с верхней границы на нижнюю. Тут скачок значений может быть весьма значительным.
При кратковременном падении сложно считать такие изменения необратимыми. Но это уже, без сомнения, достаточно серьёзный звоночек на будущее. Причем, звоночек как для отраслевых комплексов, так и для региона в целом.