Потрясающе успешной стала для российского финансового рынка минувшая неделя. Серия непрерывного падения фондового рынка наконец-то прервалась.
Она длилась 19 недель. Это — исторический рекорд, причем с огромным отрывом. А теперь тренд, по-видимому, развернулся: индекс Мосбиржи прибавил 11%. По его росту минувшая неделя вошла в пятерку лучших с 2001 года.
Еще более важно, что прекратилось падение рынка облигаций, которое, хотя и не было непрерывным (за последние 4 месяца на недельном графике были незначительные отскоки), с июня шло с ускорением. Минфин даже вынужден был отменять уже объявленные аукционы по размещению гособлигаций. Однако на минувшей неделе мы увидели мощный рост и в этом сегменте.
Что послужило триггером к такому развороту российского рынка? Коротко говоря — действия властей, которые вмешались и приняли меры по стабилизации ситуации.
В понедельник 20 июля Минфин объявил о временном прекращении размещения гособлигаций — до дальнейших уведомлений. Эта мера поддержала и рынок акций, так как инвесторы поняли, что теперь хотя бы Минфин пока не будет отбирать ликвидность с рынка.
Свою маленькую лепту внесло и то, что Мосбиржа с 21 июля ввела запрет на открытие коротких позиций по одному из эмитентов («Евротранс»), котировки акций которого в последнее время упали наиболее сильно. После объявления этого запрета его котировки взлетели вдвое.
Но самым важным фактором, вызвавшим всплеск оптимизма инвесторов, были итоги заседания Банка России, который в минувшую пятницу удивил всех неожиданной мягкостью.
То ли ситуация на денежном фронте уже стала угрожать финансовой стабильности. То ли потребовалось поддержать рынок госдолга, чтобы Минфин опять смог размещать ОФЗ с приемлемой доходностью.
То ли «просьбы» президента о снижении ставок (которые по мере приближения даты думских выборов становились всё более «настоятельными») в итоге всё-таки оказали влияние на позицию ЦБ… Как бы там ни было, ЦБ проявил мягкость, которую на фоне очевидного всем ускорения роста цен мало кто ожидал.
Итак, по порядку. Во-первых, неожиданным было само решение по ключевой ставке (КС). Она была снижена (с 14,25 до 14,0%), хотя подавляющее большинство участников рынка и аналитиков ожидали ее сохранения. А котировки денежного рынка за несколько дней до заседания даже закладывали возможность повышения КС сейчас или в ближайшем будущем.
Во-вторых (и это главное), прогнозная траектория КС в обновленном макропрогнозе сдвинулась вверх гораздо меньше, чем ожидали рынки. Так, в апрельском макропрогнозе диапазон среднего значения КС по итогам 2026 г. составлял 14,0−14,5%, а сейчас он сдвинут до 14,5−14,6%. И это притом, что прогноз по инфляции сдвинут сразу на полтора процентных пункта (п.п.) — с 4,5−5,5% до 6−7%.
Изменения прогнозного диапазона КС на 2027 г. оказались несколько более значительными, чем на год текущий (было 8−10%, стало 10,5−12,5%). Однако, по нашим насыщенным событиями временам, 2027-й — слишком далекая перспектива, чтобы этот прогноз детально анализировать; планируемая траектория КС будет еще несколько раз пересмотрена. Тем более, что в 2027 г. произойдет плановая смена руководства ЦБ, вместе с которой может кардинально измениться «функция реакции» регулятора на поступающие данные.
А вот на прогноз КС на текущий год есть смысл посмотреть внимательнее. Указанный прогнозный диапазон средней КС на 2026 г. означает, что в оставшуюся часть года среднее значение КС будет лежать в диапазоне 13,7−14,0%.
Это означает, что в базовом сценарии повышения ключевой ставки не будет. А вот дальнейшее снижение, напротив, вполне возможно: нижняя граница прогнозного диапазона получается, если на каждом из трех оставшихся до конца года заседаниях регулятор будет снижать ставку на 0,25 п.п., так что Новый год мы встретим с КС 13,25%. Таким образом, на каждом из оставшихся трех заседаний может быть либо пауза, либо снижение на 0,25 п.п.
Почему же ЦБ «почти не заметил» разгон инфляции? Дело в том, что регулятор в качестве основной предпосылки базового прогноза взял предположение, что нынешний всплеск роста цен — явление сугубо временное, и к концу года ситуация выправится, поскольку все выведенные из строя мощности будут восстановлены. На подобные временные всплески роста цен центробанки обычно не реагируют, если у этих скачков цен нет вторичных эффектов.
Хотя в нашем нынешнем случае один вторичный эффект уже есть: резко взлетели инфляционные ожидания (ИО) как населения, так и бизнеса. ИО населения в июле оказались на максимумах с весны 2022 г., когда, как мы помним, была тотальная паника и обвал рубля.
Однако и взлет ИО регулятор также относит к категории временных явлений. Когда восстановятся разрушенные мощности и успокоятся цены, ИО также сами собой вернутся к прежним уровням.
Шанс на такое развитие событий, как отмечалось в «СП», есть: не исключено, что уже совсем скоро появятся эффективные средства защиты наших объектов от вражеских налетов.
Однако, на наш взгляд, базовым сценарием все-таки является дальнейшее продолжение атак противника на российскую инфраструктуру, а значит, полного восстановления утраченных мощностей к концу года мы, скорее всего, не увидим.
Если это будет так, то уже на ближайших заседаниях (скорее всего — на опорном, в октябре) регулятору придется пересмотреть основные предпосылки своего прогноза, и он перестанет рассматривать нынешнее ускорение роста цен как временное явление. Возможно, уже в октябре регулятор повысит ставку или, как минимум, даст сигнал о возможности ее повышения в ближайшем будущем.
Заявленный на июльском заседании прогноз траектории КС никого ни к чему не обязывает. Это просто прогноз, а не обязательство ЦБ. Поэтому не следует делать далеко идущих выводов о «снятии неопределенности в отношении дальнейшей траектории ставки» (именно к такому пришли многие участники финансовых рынков и аналитики, отсюда и резкий рост рынков). Уже на октябрьском опорном заседании всё может опять кардинально поменяться…